С 2021 года, когда в Уголовный кодекс внесли статью 361-4 о «содействии экстремистской деятельности», по ней в Беларуси осудили как минимум 1083 человека. Среди них — 252 женщины, пишет правозащитный центр «Вясна» в хронике репрессий 14 сентября. Режим диктатора Александра Лукашенко превратил размытую норму в универсальный инструмент: за разговор с медиа, помощь политзаключенным или снимок колонны грузовиков.
Что это за статья
Статья 361-4 появилась в 2021 году — после разгрома протестов 2020-го, когда власть расширила «антиэкстремистский» блок Уголовного кодекса. Формально речь о вербовке, вовлечении, обучении и «ином содействии» экстремистской деятельности. На практике «иное содействие» растягивают на всё, что силовикам удобно назвать преступлением.
Санкция — от ограничения свободы до семи лет колонии. По части 1 — ограничение свободы до четырёх лет либо лишение свободы от двух до шести лет. По части 2 (повторность, группа, должностное лицо) — ограничение от двух до пяти лет либо лишение свободы от трёх до семи. Это прямо прописывают даже районные прокуратуры в «разъяснениях» — например, Кобринская прокуратура отдельно перечисляет фото и видео, репосты, комментарии и интервью «экстремистским» ресурсам.
За что судят на практике
Правозащитники фиксируют преследование за интервью независимым медиа, передачу информации правозащитникам, помощь политзаключенным, сотрудничество с признанными «экстремистскими формированиями», а также отправку фото и видео военной техники. В хронике «Новы Час» с опорой на «Вясну» отдельно названо даже посещение открытых судебных заседаний — если после этого человек делился увиденным.
В 2024 году близкий к силовикам канал объявил о первом уголовном деле за репост «экстремистского» поста. Юристы, которых опрашивала «Медиазона.Беларусь», указывали: конструкция статьи умышленно построена так, чтобы «объять всё, что угодно». Административный протокол за «экстремистские материалы» и уголовка по 361-4 часто отличаются не сутью поступка, а политической волей.
«Дело Гаюна» — массовый конвейер
Отдельный вал приговоров дало «дело Гаюна». Мониторинговый проект «Беларускі Гаюн» фиксировал перемещения российской и беларуской военной техники. В начале февраля 2025 года силовики получили доступ к чату бота — и по стране пошли задержания людей, которые когда-либо присылали сообщения или фото.
По данным «Вясны» на 14 сентября 2026 года, по этому делу осудили минимум 231 человека, а 81 политзаключенный остаётся за решёткой. Ещё 9 сентября правозащитники говорили о 234 подтверждённых приговорах; с начала 2026-го МВД внесло в «список экстремистов» сотни осуждённых именно за «содействие» — большинство связано с Гаюном. Суды штампуют дела почти ежедневно: чаще «домашняя химия», но есть и колония.
«Наша Ніва» разбирала приговоры июля–октября 2025 года: одно сообщение — часть 1, несколько — части 1 и 2. Женщинам чаще дают домашнюю химию, но это не «мягкость» — это клеймо «экстремиста», запреты, страх и сломанная жизнь.
Цифры растут год за годом
Накопительная цифра 1083 — минимум, который удалось подтвердить. Для сравнения: в 2024 году Human Constanta фиксировала 109 приговоров по 361-4; в 2025-м, по сводке «Вясны», — уже 274 человека. Только за последние три месяца в милицейский «список экстремистов» внесли 135 осуждённых по этой статье.
Смысл прост: чем длиннее списки «экстремистских формирований», тем шире ловушка. Помощь «Вясне», письмо в колонию, донат, интервью, фотография колонны — всё может стать эпизодом «содействия». Диктатура не ищет преступление. Она ищет послушность.