Шесть лет назад, 8 сентября 2020, диктатор Александр Лукашенко начал публично врать и манипулировать информацией о Марии Колесниковой. За день до этого беларусские власти пытались насильно вывезти её из страны — она порвала паспорт на границе с Украиной и осталась. Потом — закрытый суд, 11 лет, годы без связи с миром. 13 декабря 2025 Колесникова вышла на свободу.
7 сентября 2020: похищение и паспорт
Колесникова — координатор штаба Виктора Бабарико, затем одна из трёх женщин объединённого штаба и член президиума Координационного совета — оставалась в Беларуси, когда многих уже выдавили. 7 сентября 2020 её схватили люди в штатском у Национального художественного музея в Минске. Вместе с Антоном Родненковым и Иваном Кравцовым силовики повезли её к украинской границе — чтобы выдворить, как ранее Ольгу Ковалькову.
На границе Мария порвала свой паспорт. Без документа её нельзя было «легально» выпустить. Кравцов и Родненков оказались в Украине и заявили: это было насильственное выдворение, а не «добровольный выезд». Колесникову задержали. Об этом писали Би-би-си и независимые беларуские СМИ.
8 сентября: слова Лукашенко — и другая реальность
Уже на следующий день диктатор в интервью российским госСМИ развернул версию, удобную режиму. Её растиражировали БелТА и провластный СТВ. Суть манипуляции: не похищение и депортация, а будто бы «бегство» оппозиции, которую «задержали, как положено».
«Она и двое её друзей (не то водителей, не то близких, не то далёких) сегодня бежали в Украину. У них всё было оформлено заранее. Они предъявили паспорт на нашем участке — пограничники и таможенники пропустили их».— Александр Лукашенко, 8 сентября 2020, интервью российским СМИ (БелТА)
«Естественно, их остановили. Они на своём автомобиле по газам, её — то ли выбросили из машины на ходу… Наши пограничники, естественно, её задержали, как положено».— Александр Лукашенко, 8 сентября 2020
«А почему в Украину, не в Литву, не в Польшу, как они обычно едут? Говорят, там кто-то из родственников. Не утверждаю… Будем разбираться, что произошло».— Александр Лукашенко, 8 сентября 2020
Параллельно он требовал у Киева «вернуть» Родненкова и Кравцова, называя их нарушителями границы. Правда очевидцев — другая: женщину пытались выкинуть из страны, она сорвала операцию спецслужб одним жестом. Сама Колесникова позже говорила, что в те минуты боялась за жизнь. Шесть лет спустя слова диктатора читаются как образец государственной лжи 2020 года: перевернуть жертву в «беглянку», а похищение — в «задержание по правилам».
Закрытый суд и 11 лет
6 сентября 2021 суд (закрытый режим, без публики и даже без родных) приговорил Марию Колесникову к 11 годам лишения свободы. Вместе с ней судили Максима Знака (10 лет). Обвинение — по трём статьям Уголовного кодекса:
ч. 3 ст. 361 — призывы к действиям против национальной безопасности;
ч. 1 ст. 357 — сговор с целью захвата государственной власти неконституционным путём;
ч. 1 ст. 361-1 — создание экстремистского формирования и руководство им.
Об этом сообщали Би-би-си, «Наша Ніва» и Международная амнистия. Прокурор просил по 12 лет. Материалы дела засекретили; адвокаты — под подпиской о неразглашении. Политический приговор за то, что она не уехала и не сломалась.
Инкоммуникадо
Как пишет «Вясна» (в хрониках «Настоящего времени» и «Нашай Нівы»), Марию долго держали в режиме инкоммуникадо: запрет звонков, свиданий, писем и передач, задержки с медициной. Родные месяцами не знали, жива ли она и в каком состоянии. Это не «исправление» — это пытка изоляцией для символа протеста, которого режим боялся даже за решёткой.
13 декабря 2025: свобода
13 декабря 2025 Колесникова вышла на свободу в числе более ста помилованных и была вывезена в Украину — вместе с Виктором Бабарико и другими. Об освобождении сообщили «Наша Ніва», «Вясна» и мировые СМИ. Режим подал это как жест «милости» в обмен на смягчение западных санкций. Для истории важнее другое: женщину, которую шесть лет назад назвали «беглянкой», сначала пытались выбросить из страны, потом закопали в закрытом суде и в тишине камеры — и всё равно не стёрли из памяти Беларуси.
Зачем вспоминать 8 сентября
Дата — не календарная сентиментальность. Это точка, с которой ложь Лукашенко о Колесниковой стала государственной линией: перевернуть насилие в «порядок», героизм — в «бегство», жертву — в нарушительницу. Шесть лет спустя факты на стороне разорванного паспорта, а не интервью диктатора российским каналам.