13 декабря 2025 года из мест лишения свободы в Беларуси были освобождены 123 человека. Среди них — известные политики и правозащитники, иностранные граждане, а также люди, чьё состояние здоровья в заключении вызывало тревогу у родных и правозащитных организаций.

Что произошло

Официально освобождение оформлено как помилование. В публичном поле событие чаще всего описывают как эпизод крупной дипломатической сделки: накануне обсуждались и последующие шаги в отношениях с США, в том числе облегчение ограничений, затрагивающих калийную отрасль — важный элемент беларуского экспорта. Такой контекст подчёркивают, в частности, Associated Press, BBC и Радио Свобода.

Часть освобождённых была направлена за пределы страны: в открытых источниках фигурируют перевозки в сторону Украины и Литвы, отдельные фигуры — в другие государства Европы. Точные маршруты и правовой статус каждого человека после выхода на свободу лучше уточнять по свежим репортажам и заявлениям правозащитников.

Кого чаще всего называют по имени

В списках публично упоминаются, среди прочих:

• Алесь Беляцкий — правозащитник, лауреат Нобелевской премии мира; организации вроде CIVICUS отмечали тяжёлые условия содержания и риски для здоровья;
• Мария Колесникова, Виктор Бабарико, Максим Знак — фигуры, связанные с политическим кризисом 2020 года;
• представители медиа и гражданского сектора, в том числе связанные с проектом TUT.BY и правозащитным центром «Вясна».

Отдельно в материалах СМИ фигурируют граждане нескольких стран (в т.ч. союзников США и Украины) — это подчёркивает международный измерение списка, а не только «внутренний» состав.

О здоровье и «гуманитарной» рамке

Официальные формулировки связывали решение с обращениями других лидеров и гуманитарными соображениями («Новая газета» и др.). Правозащитное сообщество годами требовало освобождения тяжелобольных и тех, кому в колониях отказывали в адекватной медицинской помощи. В этой волне освобождения для многих семей совпали юридический акт помилования и надежда на нормальную диагностику и лечение вне стен СИЗО — пусть ценой вынужденной эмиграции или неопределённого статуса на чужбине.

Что остаётся за рамками одного дня

Одно массовое освобождение не отменяет систему политических преследований: в открытых сводках по-прежнему фигурируют сотни людей, которых правозащитники считают политзаключёнными. Сами освобождённые в первых интервью нередко говорят о вине перед теми, кто остался за решёткой — эта моральная дилемма важнее политических заголовков.